Материалы

14 Апреля 2021

Евгения Данильченко: Экономика, которая не перестроится в русло креативных индустрий, неизбежно проиграет

Руководитель направления по поддержке экспорта креативных индустрий АО «Российский экспортный центр» Евгения Данильченко в интервью Ленскому клубу рассказала о креативных индустриях, региональном кинематографе и Бондиане в России.
Может ли кино стать драйвером развития креативной экономики?

— Безусловно, да. По исследованию зарубежных коллег, отрасль аудиовизуального контента генерирует огромное количество рабочих мест и в смежных индустриях: логистика, кейтеринг, отельный бизнес, декораторы, костюмеры. Огромное количество предпринимателей включены в процесс производства кино, поэтому, когда индустрия достаточно развита, то эффект от ее работы расходится как «круги на воде» и отражается в других сферах бизнеса. Развитие кинопроизводства в общенациональном и даже в региональном масштабе очень сильно влияет на увеличение доходов бизнеса, регионов и государства в целом путем создания рабочих мест, привлечения инвестиций (в том числе иностранных) и налоговых поступлений.
По примеру других стран очень заметно, как развитие киноиндустрии влечет за собой развитие туризма. К примеру, в 2019 году в Великобритании каждый пятый въезжающий турист – был кино-туристом. Киноиндустрия способна создавать новые туристические маршруты и новые виды заработка для туристической отрасли, не говоря о повышении прибыли музеев и продажи сувенирной продукции.

Какие системные меры могут помочь развитию киноиндустрии в России?

— В течение ближайшего времени РЭЦ планирует объявить о старте федеральной программы рибейтов. Это международная программа, цель которой состоит в привлечении иностранных продакшн студий на съемки в Россию. Похожие программы на протяжении последних 30 лет используются более чем в 70 странах мира.

Льготные условия иностранным кинопроизводителям будут предоставляться вне зависимости от содержания их картин?

— Важно, что рибейты – это не способ навязать иностранным производителям, определенный контекст сценария, ракурс или место съемок. Международная практика последних 30 лет показывает, что проекты, в которых государство выступает заказчиком, редко пользуются популярностью из-за слишком сильного регулирования творческой составляющей проектов. Зритель сейчас - очень сложный, и ему трудно угодить. Гораздо более востребованы проекты, которые действительно являются продуктом творческой группы. К примеру, многосерийный фильм «Родина», который привлек внимание зрителя к такому сложному региону, как Ирак.

То есть, иностранных кинопроизводителей, которые воспользуются программой рибейтов, ограничивать не нужно?

— Навязывание запретов – это порочная практика, которая не приводит к каким-либо положительным результатам. Даже если мы попытаемся ввести цензуру для международных проектов в России, мы не сможем ограничить их съемки в других странах. Кинопроизводители, которых мы попробуем ограничить, спокойно будут снимать Россию в Венгрии или Чехии. Невозможно запретить иностранной компании производить тот продукт, который она хочет производить. Зато мы можем создать необходимые условия и поучаствовать в создании международного проекта, который, в свою очередь, откроет новые возможности для отрасли развития въездного, да и внутреннего туризма.

А как это может помочь регионам?

— Программа может помочь создать точки притяжения в том месте, где кино оставило свой «след». Если бы, предположим, какую-то часть «Бондианы» снимали в России и кинопроизводителям нужно было бы взорвать заброшенный мост, мы бы не смогли на территории всей страны такой найти? Думаю, что смогли бы. А потом на этом месте совместно с региональными властями или Ростуризмом организовали бы точку притяжения для кино-туристов.
Крупные компании, такие как Paramount, Sony, Netflix для натурных съемок создают большие арт-объекты. Иногда это целые деревни определенной эпохи. Мы можем договориться с производителями, чтобы такие объекты оставались в «наследство» регионам для туристического использования. Таким образом, чем больше мы создадим инфраструктурных условий для организации съемочного процесса, тем больше позитивных следов оставят за собой съемочные группы.

В условиях непростой ситуации в мире, насколько российская программа рибейтов будет востребована? Сможем ли мы в ближайшее время привлечь крупные студии?

— Мы занимаемся разработкой федеральной программы рибейтов уже два года, в прошлом году мы анонсировали ее зарубежным коллегам и получили большое количество запросов. Когда случилась пандемия, нам пришлось отложить запуск программы, но интерес к России за это время только возрос. В сложившихся экономических условиях кинопроизводители ищут способы сокращения затрат, а наша программа рибейтов, по сути, программа кэшбека, позволит возвращать 30-40% средств от общего бюджета, потраченного на территории нашей страны.
Отвечая на ваш вопрос, могу сказать, что интерес к кинопроизводству в России есть у нескольких самых крупных международных компаний, в том числе онлайн-платформ, которые снимают как крупные франшизы, так и знаковые сериалы.
На пилотный период запуска программы Правительство России выделило 100 миллионов рублей для тестирования спроса. Но могу «проспойлерить» – спрос есть. Компании ждут и активно просят информировать, когда программа запустится, какой порядок оформления и какие документы готовить.

В российских регионах уже сейчас существуют собственные программы рибейтов. К примеру, скандинавы активно едут на Кольский полуостров, потому что там дешевле снимать Норвегию, чем в самой Норвегии. Насколько эффективны существующие региональные программы рибейтов и целесообразно ли сохранять их после запуска федерального проекта?

— Программы рибейтов, которые существуют в регионах, плохо работают или не работают вовсе, так как значительно недофинансированы чтобы иметь положительный эффект от реализации таких программ, в регион нужно привлекать крупные и масштабные проекты. Предлагаемые сейчас суммы компенсации в один, два или пять миллионов рублей для крупного кинопроекта - «одна слеза в океане».
Второй момент, это сервис, который могут обеспечить региональные кинокомиссии. Для того, чтобы организовать «бесшовный» съемочный процесс в регионе, необходимо иметь слаженную команду. В организации съемочного процесса участвуют МЧС, МВД, скорая помощь, городская администрация – регион должен осуществить грамотное взаимодействие всех этих звеньев, причем бесплатно.
Региональные представители должны научиться оказывать сервис на международном уровне. Именно этим необходимо заниматься кинокомиссиям. К сожалению, сейчас во многих регионах считают, что комиссии собираются, чтобы определить, какой фильм снимать, а какой нет. Регионы должны понимать значимость кинокомиссий и правильно отрабатывать свой функционал.
Если мы пригласим иностранных коллег, которые привыкли к определенному уровню услуг в сфере кинопроизводства, в инфраструктуру, которая к этому не готова, то получим негативную реакцию. Больше к нам ехать не захотят.

В каждом регионе кинокомиссии имеют свои особенности и подход к работе. Как это исправить?

— Слаженной работы и внутри и между комиссиями действительно не хватает. Министерство культуры Российской Федерации могло бы выработать единые сценарии развития для региональных кинокомиссий, а также сформировать чек-листы по поддержке съемочного процесса, учитывающие специфику регионов.
Широкое обсуждение последние годы получил вопрос о создании федеральной кинокомиссии. Мое личное мнение по этому вопросу – нет, не нужно, это бессмысленно. Нам скорее нужна Ассоциация региональных кинокомиссий, которая будет следить за работой в регионах и контролировать качество предоставляемых услуг.

Давайте поговорим об отечественном кинопроизводстве. Какую поддержку оказывает РЭЦ для продвижения российских фильмов на зарубежные рынки? 

— Российский Экспортный Центр с 2017 года занимается поддержкой кинобизнеса. В первую очередь, мы помогаем маленьким российским компаниям быть представленными на международных рынках контента. Для таких проектов хорошо работает программа «Made in Russia», которая позволяет эффективно представлять неизвестные на международном рынке компании под общим брендом. В свое время это стало правильной стратегией: наши производители начали активно появляться на зарубежных фестивалях, форумах, презентациях, питчингах. Таким образом, отечественный кинобизнес набрался опыта, повысил уровень собственной экспертизы и производства. Уже сейчас мы видим позитивный результат.
Осенью прошлого года РЭЦ запустил новую программу поддержки, подразумевающую выделение средств компаниям на продвижение контента за рубежом и на адаптацию продукта к требованиям внешних рынков.

По вашему опыту, какое российское кино востребовано за рубежом? Есть ли рецепт идеального регионального фильма, который понравится заграничным прокатчикам?

— Поначалу казалось, что именно авторское российское кино популярно на международных рынках. Сейчас мы понимаем, что это в большей степени связано с активностью артхаусных режиссеров. Такие фильмы трудно коммерциализировать, и единственным вариантом продвижения является участие в кинофестивалях. Создание авторского кино – это отдельный вид бизнеса, который основан на создании личного бренда творца.
Если говорить про коммерческие проекты, то, в первую очередь хочется отметь успехи российской мультипликации. Наша детская анимация становится одной из ведущих. К примеру, «Маша и медведь», «Три кота», последний полнометражный проект «Ганезль, Греттель и Агентство магии» востребованы у иностранного зрителя.

А скоро ли мы сможем поставлять на мировой рынок фильмы и сериалы?

— Игровые фильмы в массовом масштабе пока не дотягивают до мирового рынка, но у сериалов экспортный потенциал очень заметен прямо сейчас. Во-первых, сериалы это мейнстрим. Во-вторых, у нас уже есть проекты, успешно адаптированные для международного проката. Мы делали презентации «Троцкого» и «Триггера» для иностранных компаний в рамках программы «Сделано в России» и получили хорошие отзывы. Сериалы, которые продюсирует Александр Цекало, не только хорошо зашли на онлайн платформы, но также были проданы и в качестве франшизы, и для проката за рубежом.
Опыт Netflix показывает, что глобальному зрителю могут быть интересны местные аутентичные продукты (например, испанский «Бумажный дом»). по всему миру люди любят драмы, поэтому, к примеру, жителям Бразилии вполне может быть интересно, какие проблемы переживают в России. Российским производителям нужно найти свою аудиторию и еще в процессе производства под нее формировать продукт.

В контексте местного аутентичного кино в России сейчас очень много говорят о региональных картинах. На этом фоне выделяется якутское кино. Скоро выйдет фильм «Иччи», права на дистрибуцию которого впервые в истории регионального кинематографа приобрели две международные компании. Как бы вы оценили развитие якутского кинематографа и его экспортный потенциал?

— Якутское кино – замечательное кино и замечательный бизнес эксперимент, когда производимый контент попадает в свою аудиторию. Якутский кинематограф показывает, что нет никаких секретов в производстве и бюджете продукта, главное – это душа и возможность автора донести свою идею.
Мы очень надеемся, что федеральная программа рибейтов поможет привлечь еще больше внимание к Якутии, возможно, для создания совместных проектов с иностранными студиями.
Хочется сказать, что сейчас регионам России нужно немного поработать для создания своей инфраструктуры. В этом плане инициатива Айсена Николаева о поддержке кинематографа и креативных индустрий видится очень правильной. Переориентация наших регионов – это потрясающее вложение и задел на будущее. Я уверена, при таком подходе в ближайшие несколько лет Якутия может засиять новыми красками.
Создание крепкой структуры креативной экономики — это самый правильный вектор развития. За креативной экономикой будущее, и любая экономическая система мира, которая не перестроится на экономику услуг в ближайшее 30 лет, проиграет.